Частый первый шаг в ограничительных договорах — продекларировать беспокоящие объекты. Стороны Вашингтонского морского соглашения 1922 года предоставили инвентарные списки линкоров и их тоннажа. А еще обязались уведомлять друг друга при их замене. В договоре СНВ-1 1991 года было секретное Соглашение об обмене координатами и схемами объектов (в Статье VIII). Там описывался обмен информацией о том, где находятся все заявленные стратегические вооружения. Статья V, Пункт 3 нашего проекта соглашения требует, чтобы Стороны за 120 дней обнаружили, инвентаризировали и консолидировали подпадающие под действие кластеры чипов.

Консолидация активов, чтобы было легче проверять соблюдение, тоже часто встречается в ограничительных договорах. Статья III СНВ-1 запрещала совместное размещение МБР с объектами для запуска космических аппаратов, что облегчало мониторинг. Пункт 1.a нашей Статьи V обязывает Стороны «избегать совместного размещения ИИ-чипов с не вспомогательным и не относящимся к ИИ компьютерным оборудованием». Причина та же.

История показывает, что консолидация еще и ограничивает проблемы несоблюдения. Она облегчает нанесение ударов по активам нарушителя при сломе доверия. В СВПД 2016 года^* (также известном как «Иранская ядерная сделка») Иран согласился держать свои действующие центрифуги для обогащения урана только на двух обозначенных объектах (Натанз и Фордо). В июне 2025 года Израиль и США нанесли удары по обоим. Вот и мы в примечании к Статье V предложили Сторонам размещать свои подпадающие под действие кластеры чипов (CCC) вдали от населенных пунктов.

Мониторинг и инспекции — обычное дело в договорах в контексте ограниченного доверия. Мы, где уместно (Пункты 1, 4, 6 и 7 этой Статьи), их описали. Вот несколько прецедентов:

• Проверка СНВ-1 в первые несколько лет включала сотни инспекций на местах.

• КЗХО требует декларирования и инспекции всех объектов по производству химического оружия. 97 таких объектов было заявлено, и большинство из них было надежно уничтожено. (Эти соглашения не только требуют задекларировать существующие объекты, но и запрещают определенную деятельность за их пределами. Как и наш запрет на неконтролируемые CCC.)

• МАГАТЭ в рамках ДНЯО мониторит более 700 заявленных ядерных объектов по всему миру.

Подобно Пункту 3 этой Статьи, многие соглашения о контроле над вооружениями требуют, чтобы стороны не вмешивались в работу НТС друг друга по проверке соблюдения договора. Примеры: ОСВ-1^†, Договор по ПРО^‡, ДРСМД^§ и СНВ-1.

У ограничения Сторонами своей внутренней частной промышленности для выполнения обязательств по договору (как это потребовалось бы в случае с ИИ) тоже есть прецедент. После ратификации КЗХО в законодательстве США появился закон о реализации Конвенции о запрещении химического оружия 1998 года. Он и регуляции Министерства торговли обеспечили соблюдение требований американскими организациями. Еще после ратификации Монреальского протокола Конгресс США внес поправки в Закон о чистом воздухе. Они запретили использование веществ, разрушающих озоновый слой.

Реализация централизации чипов в США может пройти через Положение о конфискации Пятой поправки. Согласно нему правительство может использовать свое право на принудительное отчуждение частной собственности для общественных целей при условии выплаты соответствующей компенсации.